Жанар Абдархманова 
Возможная смена власти в Венесуэле, предполагающая отстранение Николаса Мадуро от президентства и его передачу властям США, создает как краткосрочные риски падения цен на нефть, так и долгосрочную неопределенность для инвестиций в добывающий сектор. К такому выводу пришли аналитики консалтингового агентства Wood Mackenzie.
По оценкам экспертов, любое ослабление американских санкций может привести к появлению на рынке дополнительных объемов нефти уже в начале 2026 года, что усугубит и без того избыточное предложение. В то же время структурные проблемы в экономике и отрасли ставят под сомнение быстрое восстановление добычи после первоначального роста. В ноябре 2025 года добыча в Венесуэле составляла 820 тысяч баррелей в сутки, однако после введения морской блокады США 17 декабря ожидается ее снижение на 200–300 тысяч баррелей в сутки в начале 2026 года из-за ухода участников рынка и переполнения хранилищ.
Комментируя последствия, Алан Гелдер, старший вице-президент по переработке, химии и нефтяным рынкам в Wood Mackenzie, отметил: «Венесуэла предлагает масштабы, необходимые крупным производителям, но фундаментальные факторы работают против быстрого развертывания. Экономика добычи тяжелой нефти при текущих ценах, нерешенные юридические претензии и политическая неопределенность создают профиль риска, выходящий далеко за рамки обычных проблем. Компании будут наблюдать, но для принятия обязательств потребуется нечто большее, чем просто снятие санкций».
Рынок чутко реагировал на избыток предложения, ожидаемый в 2026 году, особенно в первом квартале. Снятие санкций США, которое позволило бы венесуэльским производителям продавать сырую нефть американским НПЗ, могло бы обеспечить быстрый приток валюты для поддержки экономики и добычи страны. Однако дополнительные баррели окажут давление на перенасыщенный рынок, потенциально опустив цену на нефть марки Brent ниже прогнозируемых уровней в 55–59 долларов за баррель.
При благоприятных условиях операторы, включая национальную нефтяную компанию PDVSA, могли бы относительно быстро нарастить добычу. Существующие бездействующие скважины требуют лишь базового ремонта, который можно профинансировать за счет экспортных поступлений, что позволит увеличить производство еще на 200–300 тысяч баррелей в сутки в ближайшие месяцы. Тем не менее, сохраняются препятствия, включая деградацию сервисного сектора, проблемы с безопасностью, необходимость ремонта инфраструктуры и доступ к разбавителям для тяжелой нефти.
Возвращение к объемам добычи в 2 миллиона баррелей в сутки, в последний раз достигнутым в 2016 году, потребует многомиллиардных капиталовложений. Инвестиционную привлекательность снижают высокая себестоимость проектов в Поясе Ориноко, где точка безубыточности превышает 80 долларов за баррель Brent, а также неопределенная политическая и законодательная база. Фискальные условия и планы проектов по добыче тяжелой нефти требуют пересмотра для привлечения международных нефтяных компаний, а ситуацию осложняют нерешенные арбитражные споры с американскими компаниями по поводу национализации активов почти двадцатилетней давности.
Исторические параллели, такие как пример Ливии, где добыча нефти восстанавливалась почти десятилетие после падения режима Муаммара Каддафи и до сих пор не достигла уровня 2010 года, не внушают оптимизма относительно быстрого восстановления. Кроме того, возвращение венесуэльских НПЗ к историческим уровням переработки и экспорта представляет угрозу для рентабельности НПЗ в Атлантическом бассейне, особенно в Европе, учитывая их былую конкурентоспособность.
Увеличение экспорта венесуэльской нефти приведет к перераспределению мировых торговых потоков. Тяжелые сорта нефти с Ближнего Востока будут перенаправлены в Азию, а конкуренция за канадскую нефть на побережье Мексиканского залива в США усилится. В то же время крупные нефтяные компании, включая тех, кто ранее покинул страну, таких как BP, ConocoPhillips и ExxonMobil, оценивают баланс рисков и выгод. Несмотря на привлекательность огромных запасов Венесуэлы, для серьезных инвестиций потребуются гарантии безопасности, политическая стабильность и конкурентные фискальные условия.
