Алексей Кузнецов 
Аргентина, Гайана и Бразилия готовятся стать лидерами по росту добычи нефти в Латинской Америке в 2026 году, несмотря на возможные перспективы возвращения венесуэльских объемов сырья на мировой рынок. Крупнейшие международные нефтегазовые компании продолжают считать Венесуэлу рискованным направлением для долгосрочных вложений, однако трейдеры и небольшие игроки, такие как Trafigura и Hillcorp, все чаще проявляют интерес к краткосрочным сделкам в этой стране. Это сигнализирует о возможной перебалансировке портфелей в регионе, хотя правовая неопределенность и вопросы легитимности институтов все еще сохраняются. Недавние реформы, включая смягчение санкций и пересмотр закона об углеводородах, поддерживают усилия США по выводу венесуэльской нефти на рынок, но кардинального изменения инвестиционных потоков пока не предвидится.
Аналитики Rystad Energy прогнозируют, что флагманские проекты в Аргентине, Гайане и Бразилии в совокупности обеспечат прирост добычи более чем на 700 000 баррелей в сутки уже в текущем году. Эти страны сохранят конкурентное преимущество перед Венесуэлой как минимум до 2030 года. В краткосрочной перспективе Венесуэла может добавить на рынок около 300 000 баррелей в сутки, однако вероятность перетока капитала от нынешних латиноамериканских лидеров к изношенной инфраструктуре Боливарианской Республики остается низкой из-за нестабильной деловой среды. Восстановление венесуэльской нефтяной отрасли потребует значительного времени и огромных затрат, к чему «большая тройка» региона относится с безразличием.
Общий объем добычи нефти в Латинской Америке в этом году, согласно прогнозам, превысит 8,8 миллиона баррелей в сутки. Этот рост станет основным драйвером увеличения предложения стран, не входящих в ОПЕК+. Регион больше не развивается как единое целое: рынок фрагментируется, и многие страны отстают, пока Аргентина, Гайана и Бразилия определяют будущее отрасли. Бразилия останется главным локомотивом роста в 2026 году с прогнозируемой добычей свыше 4,2 миллиона баррелей в сутки. Успех бразильского сектора опирается на масштаб, устойчивость и экономическую эффективность разработки подсолевых месторождений, а также на ввод в эксплуатацию новых плавучих установок для добычи, хранения и отгрузки нефти.
Инвестиционная активность в регионе также претерпевает изменения. Хотя общие капиталовложения в 2026 году вырастут, объем вводимых в эксплуатацию традиционных запасов будет на 45% меньше, чем в прошлом году. Это указывает на консолидацию средств вокруг проектов с практически гарантированной окупаемостью. Потоки капитала будут преимущественно направлены в новые проекты («гринфилд») в Гайане и Суринаме. В то же время Аргентина возглавит инвестиции в уже действующие месторождения («браунфилд»), чему способствует агрессивное наращивание добычи на сланцевой формации Вака–Муэрта.
Именно сланцевый сектор станет истинным драйвером ускорения инвестиций: ожидается рост вложений с 9,4 миллиарда долларов в 2025 году до почти 11 миллиардов в текущем году, причем весь этот объем придется на Аргентину. Кроме того, глубоководный офшорный сектор привлечет около 42 миллиардов долларов инвестиций в 2026 году, что на 7,7% больше показателей предыдущего года. Такая траектория подкрепляется фундаментальными показателями сланцев Вака–Муэрта и высокой рентабельностью баррелей на бразильском шельфе и новых месторождениях Гайаны и Суринама.
Интерес к Венесуэле со стороны небольших игроков поддерживается доступностью лицензий, снижающих первоначальные затраты, и возможностью обеспечить нефтеперерабатывающие заводы на побережье Мексиканского залива в США тяжелой нефтью по привлекательным ценам. Однако проекты с длительным циклом реализации в Бразилии и Гайане остаются экономически жизнеспособными даже при колебаниях цен на нефть. Вице–президент по исследованиям в области нефти и газа Rystad Energy Радхика Бансал отмечает, что переизбыток предложения, будь то венесуэльские или иранские баррели, станет настоящей проверкой финансовой устойчивости операторов. По ее словам, если отрасль начнет принимать более долгосрочные рациональные решения, венесуэльская нефть может стать актуальной в условиях высоких цен, но ее экстра–тяжелые сорта и высокий углеродный след создают постоянные вызовы.
За пределами тройки лидеров страны, географически близкие к Венесуэле, могут выстроить с ней иные отношения. Тринидад и Тобаго, например, имеет возможности для использования венесуэльского газа с шельфовых месторождений для загрузки своих заводов по производству сжиженного природного газа. Колумбия же, напротив, может столкнуться с усилением конкуренции за капитал, учитывая ограниченные возможности для разработки новых месторождений внутри страны. Кроме того, Колумбия рискует столкнуться с оттоком квалифицированной рабочей силы, так как восстановление добычи в соседней Венесуэле потребует привлечения специализированных кадров.
