Динара Сагидова 
Великобритания достигла критической точки в выполнении своих климатических обязательств. Несмотря на впечатляющее сокращение выбросов вдвое с 1990 года, страна рискует не достичь большинства целей по энергопереходу к 2030 году. Об этом говорится в новом отчете аналитической компании Wood Mackenzie под названием «Перспективы энергетического перехода Соединенного Королевства 2025».
Согласно анализу, для достижения заявленных целей к 2030 году Великобритании необходимо сократить разрыв в 12 процентных пунктов, что потребует ускоренных инвестиций в размере 75 миллиардов фунтов стерлингов уже в этом десятилетии. При этом общие кумулятивные расходы на низкоуглеродную энергетику до 2060 года оцениваются в колоссальную сумму от 1,5 до 2,1 триллиона фунтов стерлингов. Ситуацию усугубляет запрет на разведку новых месторождений в Северном море, который закрепляет структурную зависимость страны от импорта нефти и газа.
Успехи прошлого, когда выбросы CO2, связанные с энергетикой, сократились с примерно 600 млн тонн в год в 1990 году до 294 млн тонн в 2025 году, сменяются новыми вызовами. На фоне того, что аналитики называют «новым мировым порядком», приоритеты национальной безопасности и экономическое давление начинают конкурировать с климатической политикой за внимание правительства и бюджетные средства. Оборонные расходы и борьба с ростом стоимости жизни отвлекают ресурсы от «зеленых» инициатив, снижая срочность энергоперехода.
Ярким примером возникших трудностей является сектор ветроэнергетики. Хотя возобновляемые источники в 2025 году обеспечили более 50% выработки электроэнергии, а уголь был полностью выведен из эксплуатации, морская ветроэнергетика столкнулась с суровой коммерческой реальностью. Задержки и отмены проектов привели к тому, что к 2030 году отрасль будет отставать от государственных целевых показателей по мощности как минимум на 20%.
«Великобритания сталкивается с критическим парадоксом, — отмечает Линдси Энтвистл, главный аналитик-исследователь Wood Mackenzie. — Страна успешно сократила выбросы вдвое с 1990 года, но следующий этап требует одновременного ускорения внедрения возобновляемых источников энергии и управления длительной зависимостью от ископаемого топлива. То, что работало в прошлом десятилетии, будет недостаточно для следующего».
Политика в отношении Северного моря вызывает особую озабоченность. Несмотря на то, что, по прогнозам Wood Mackenzie, спрос на нефть к 2035 году упадет на 24%, а на газ — на 18%, ископаемое топливо останется критически важным для экономики. Однако запрет на новую геологоразведку приведет к резкому падению внутренней добычи: к 2035 году добыча нефти сократится до 79% от уровня 2025 года, а газа — до 40%. В результате собственная добыча сможет покрыть лишь 47% спроса на нефть и 21% спроса на газ. Чистый импорт достигнет 0,6 млн баррелей нефти в сутки и 39 млрд кубометров газа в год, при этом возрастет зависимость от поставок из США после запрета на российский СПГ.
Для преодоления кризиса потребуются масштабные инвестиции. Помимо уже упомянутых сумм, аналитики отмечают необходимость вложений в электросети, а также в новые технологии, такие как малые модульные реакторы (ММР) и улавливание углерода (CCUS). Однако и здесь есть трудности: проекты по производству «зеленого» и «голубого» водорода сталкиваются с коммерческими препятствиями, а развертывание ММР и CCUS идет медленнее, чем планировалось.
