Гульнара Ибрагимова 
Пересмотр арктической политики Европейского союза может сохранить актуальность поставок газа из норвежской части Баренцева моря в 2030-х годах. Это предоставит Европе близкий и низкоуглеродный источник энергии на фоне растущей зависимости от мирового рынка сжиженного природного газа (СПГ), говорится в новом исследовании аналитического агентства Rystad Energy.
Европейская комиссия в настоящее время пересматривает свою арктическую стратегию, принятую в 2021 году, и открыла общественные консультации, которые продлятся до 16 марта 2026 года. Учитывая, что проектам в Баренцевом море обычно требуется от пяти до десяти лет для перехода от стадии открытия месторождения до начала стабильной добычи, сигналы, которые ЕС подаст сейчас, определят, будут ли к середине 2030-х годов доступны дополнительные объемы с уже открытых норвежских участков. В противном случае Европе придется еще сильнее полагаться на глобальный рынок СПГ.
Аналитики Rystad Energy полагают, что ЕС может стимулировать добычу в Баренцевом море, установив более четкие границы — как географические, так и операционные, — не ослабляя при этом своей климатической позиции. Определив «арктическую» зону более узко и связав любую добычу с жесткими требованиями по выбросам и охране окружающей среды, ЕС сможет отделить уже лицензированные норвежские участки от нетронутых приграничных территорий. Хотя такой подход, несомненно, вызовет споры среди экологических групп, он может повлиять на то, как покупатели и политики будут взвешивать варианты поставок в следующем десятилетии.
Ресурсная база региона значительна. По оценкам Норвежского оффшорного директората, в уже открытых для разведки частях Баренцева моря находится около 3,5 млрд баррелей нефтяного эквивалента природного газа. Rystad Energy прогнозирует, что действующие месторождения и проекты, которые будут санкционированы до 2030 года, обеспечат к 2050 году совокупную добычу в объеме примерно 2,25 млрд баррелей. Дальнейший рост добычи будет зависеть от новых открытий, скоординированной разработки нескольких месторождений и, что особенно важно, наличия экспортных мощностей.
Инфраструктура остается ключевым фактором, который может ограничить долгосрочное расширение. Сегодня основным экспортным узлом региона является терминал Hammerfest LNG на крайнем севере Норвегии, однако он в значительной степени привязан к месторождению Snøhvit, что ограничивает его гибкость. Одним из вариантов является строительство трубопровода на юг для подключения к газотранспортной сети в Норвежском море, но для его финансирования потребуются достаточные объемы газа и синхронизация графиков реализации проектов.
«Сроки реализации проектов в Баренцевом море велики, поэтому четкая политика имеет решающее значение. Если ЕС установит ясные определения и потребует подтверждения данных, он сможет сохранить открытыми краткосрочные варианты поставок, не размывая при этом свои климатические стандарты», — отмечает Торе Гульдбрандсёй, партнер и аналитик Rystad Energy. Норвежская добыча является одной из самых низкоуглеродных в мире, а трубопроводный газ из Норвегии в целом считается для Европы более экологичным вариантом. На проекте Snøhvit CO2, извлекаемый из добываемого газа, уже закачивается обратно в пласт, а планируемая электрификация СПГ-завода Hammerfest должна еще больше сократить его углеродный след.
Критики-экологи отмечают, что более низкая интенсивность выбросов не меняет того факта, что при сжигании газа в атмосферу попадает CO2. Тем не менее, показатели утечек метана и углеродоемкости все чаще используются в политике и закупках для разграничения оставшихся источников поставок в период энергоперехода. ЕС мог бы связать допуск к рынку с измеримыми порогами интенсивности выбросов CO2 и метана, сроками прекращения регулярного сжигания газа на факелах и независимой проверкой с прозрачной отчетностью.
Помимо выбросов, решающее значение имеют и другие меры по охране окружающей среды: защита уязвимых экосистем, сезонные ограничения на ведение работ и структурированные консультации с саамскими общинами, прибрежными жителями и рыболовными хозяйствами. Также блоку следует учитывать и риск снижения спроса. Если потребление газа в ЕС будет падать быстрее, чем ожидается, более частый пересмотр политики может ограничить риск появления «застрявших» активов.
